Моральная позиция Оппенгеймера была искренней и одновременно удобной – он призывал к ограничениям в области, где уже не мог конкурировать. Амодеи хочет быть обоими одновременно – и Оппенгеймером, который призывает к контролю, и Теллером...
От выборов не осталось ничего, кроме явки. Почему режиму нужна явка, ведь он может подделать и её? Явка – это ритуал, это периодическая присяга граждан своей власти, это показатель того, что люди пока принимают правила игры.
Даже она, говоря об украинской Хельсинкской группе, обвиняла ее в том, что они ставят в качестве приоритета независимость, а не права человека. То есть в представлении даже самых святых русских оппозиционеров никогда не присутствовало...
Этому можно и нужно противопоставлять осознанную и реализуемую – более значительную – солидарность в оппозиционной среде, начиная от повседневной взаимопомощи и идя к сложным и политизированным проявлениям эмигрантской жизни.
Это совершенно новый механизм, которого не было у Эндрю Джексона. Патронаж XIX века был реактивным: победившая партия раздавала должности своим. Патронаж XXI века проактивен: идеологически верифицированные кандидаты готовы к мгновенному...